Российские аэропорты активно вводят новые правила предполетного и послеполетного досмотров – по западным образцам. Причем начинает внедряться и такой метод, как «профайлинг» – предполетное интервью, выдаваемый за эффективное средство обеспечения авиабезопасности. Внештатный корреспондент «НИ», работающий в службе безопасности одного из европейских аэропортов, рассказывает, каким абсурдом порой оборачиваются на практике новые методы «профилактики терактов».

Уже довольно давно без «профайлинга» вход на борта самолетов авиакомпаний Delta, United Airlines, US Airways и многих других, осуществляющих рейсы в США и обратно, невозможен. Процедура выглядит так. Перед регистрацией билетов к стойкам «профайлеров» (интервьюеров) выстраиваются длинные очереди, и каждому человеку поочередно задаются одни и те же формальные вопросы: «Кому принадлежит этот багаж? Кто его складывал? Где и когда? Что вас просили взять с собой в самолет, чтобы отвезти в Америку?» Затем пассажира чуть-чуть припугивают: «Мы вам задаем этот вопрос, потому что в прошлом, бывало, случалось, что пассажир получал от родных и друзей какие-то предметы, в которых была спрятана взрывчатка». Страшилка эта с интервалом в один вопрос почти что слово в слово повторяется дважды. Нормальный человек, не страдающий фобиями, смотрит на работника, зацикленного на странной идее с подкладыванием бомб близкими людьми, с нескрываемой иронией.

«Есть ли у вас электрические, электронные приборы, приборы, работающие на батарейках?» У всех есть. И что с того? А ничего, вне зависимости от ответа. Вопрос ради вопроса. Своего рода ритуал, бессмысленность которого очевидна еще и потому, что весь багаж пассажира (включая приборы) просматривается с помощью рентгена. При необходимости любой вызвавший подозрение предмет будет извлечен из чемодана и подвергнут дополнительной проверке. Напоследок у порядком уставшего от странного допроса пассажира интересуются, а не имеется ли у него с собой чего-нибудь похожее на оружие или что может быть использовано как оружие. Случается, у какого-нибудь старичка отнимают тросточку или зонтик, у старушки – вязальные спицы. Чтобы, не дай Бог, с помощью этих предметов им не удалось захватить самолет. Под занавес профайлер предупреждает каждого: «Никаких передач ни от кого в аэропорту не принимайте! Ручную кладь без присмотра не оставляйте! Ничего не покупайте в аэропорту с рук».

Степень абсурдности последнего предупреждения запредельна. Потому что представить, что здесь кто-то на ухо шепнет тебе: «Эй, слышь, мобильник не нужен? Дешево уступлю», – это уже за гранью возможного…

Но вот, наконец, все позади: ответы на все вопросы получены, и пассажир может с чистой совестью идти на посадку в самолет. Но не тут-то было. На самых подступах к финишной прямой все те же профайлеры опять отлавливают всех и каждого и задают не в бровь, а в глаз свои назойливые вопросы: «Пока вы шли сюда, где была ваш ручная кладь? Что вы купили в аэропорту с рук?»

После теракта, предотвращенного в прошлом году в Лондоне, когда экстремисты планировали использовать жидкие компоненты, в аэропортах Европы начался настоящий театр абсурда. У всех пассажиров поголовно отнималась почти вся косметика: кремы, тушь для ресниц, губная помада, духи, а также коньяк и вино, виски и ликеры. Вызывали недоверие даже капли в нос или детское питание, даже при наличии младенца. Число экспроприированного добра измерялось ежедневно десятками доверху набитых ящиков, которые из аэропортов прямиком направлялись на свалку. Расставались пассажиры со своим добром по-разному. Кто-то рыдал, кто-то скандалил. Но большинство покорялись судьбе безропотно. И покорялись, на мой взгляд, именно потому, что люди уже привыкли не искать здравый смысл во многих действиях служб безопасности аэропортов.

Сколько в результате массированного изъятия коньяков и проверки ботинок (последнее очень хорошо теперь знакомо и россиянам) было найдено взрывчатки и предотвращено терактов? Полагаю, что ноль. Иначе по этому поводу что-нибудь да протрубили бы. Сейчас все вроде бы вошло в цивилизованное русло. Даже духи в ручной клади легализованы. Но перспективы развития театра абсурда остаются. К примеру, можно для профилактики в дальнейшем запретить к провозу все сыпучее (похожее на гексоген) или все мнущееся, как пластид. Вообще самым эффективным средством в борьбе с терроризмом на воздушном транспорте был бы запрет всей гражданской авиации в целом. Как говорится, нет авиации – нет проблемы. Но пока такой запрет не установлен, нужна не имитация «профилактики терактов», а современные методы обнаружения как взрывчатых веществ, так и самих «бомбистов».