Эта реплика Путина в ответ на невнятные стенания Виктора Януковича во время их встречи в Москве весьма образно отражает наше отношение к инициативам нового украинского президента в российско-украинском диалоге. Неважно, что сала Украине самой теперь не хватает, поскольку благодаря санитарным инициативам прежнего правительства, его теперь приходится завозить из Польши и Белоруссии.

Янукович, как и ожидалось, не просто не дал ни одного конкретного ответа на проблемные вопросы в наших отношениях. По всем вопросам, как то таможенный союз, единое экономическое пространство, Черноморский флот, русский язык, Янукович в разных местах озвучил взаимоисключающие позиции. Это всё можно было бы воспринимать как «приглашение к танцу». То бишь к торгу, как, собственно, это и принято в концепции «взаимовыгодного сотрудничества». Однако сам предмет торга в наших отношениях скользок и смутен.

Газовые отношения: идея Януковича — вместо «асим­метричного» тимошенковского соглашения достичь новой сделки с Россией. Не секрет, что тимошенковское соглашение опиралось на чисто конкретную заинтересованность украинской (тогда тимошенковской) стороны, позволявшей ей отсасывать в свой карман газовые денежные потоки, пропущенные через «свой» Нафтогаз. Таким же образом предыдущее соглашение позволяло отсасывать эти потоки противной стороне, пропуская их через РосУкрЭнерго. То есть через господ Фирташа и Хорошковского – как бы «регионалов», тесно завязанных на Ющенко.

Кстати, назначение того же Хорошковского главой СБУ позволяет предположить, что Янукович готов (или вынужден) делить это национальное достояние с людьми Ющенко. Лишний повод напомнить, что нынешняя коалиция, правительство, да и само президентство Януковича являются продуктом сделки, имеющей к какому-либо политическому мировоззрению мало отношения.

Что касается России, её, в конце концов, устраивала и та, и другая схема. И третья — тот же пресловутый газовый консорциум. Нас категорически не устраивает системный срыв любых соглашений и патологический отказ украинских партнеров соблюдать любые преемственные обязательства.

Но главное: значение газового вопроса по известным причинам очень сильно преувеличено и в Москве, и в Киеве. Реально Янукович должен был бы просить в Москве денег. Но, кажется, даже на это не решился, потому как не может не понимать, что оснований дать денег практически не существует. Украина — преддефолтная страна. И пока дефолт не случился, давать ей денег глупо, а потом, собственно, и не нужно.

Лучшее, что мог бы сделать Янукович, если бы он был сильным и ответственным политиком, — проведя максимально публичную инвентаризацию, объявить дефолт как можно быстрее. Эта зверская мера обеспечила бы Украине перспективы даже лучшие, чем России в ­1998-м. Однако характер украинской политической системы этого ему сделать не позволяет.

Поэтому Янукович никуда не денется, он будет всё равно просить денег у кого возможно, предлагая за это всяческие уступки, и в конце концов всё равно вынужден будет пойти на дефолт вне зависимости от того, удастся выклянчить денег или нет. То есть предмета для экономического торга, по существу, нет, а риски политического торга слишком высоки. Никаких гарантий реального выполнения обещаний украинская власть дать не может.

При этом, конечно, в нынешнем контексте российско-украинской политики, причём как со стороны Украины, так и со стороны России, Янукович — это серьёзное облегчение. Никаких существенных шагов на пути решения российско-украинской проблемы (а суть этой проблемы — противоестественное разделение единого народа и единого исторического пространства) Янукович сделать не может. Повторюсь, Янукович — часть «оранжевого проекта», смысл которого — исключить возможность решения этого вопроса в легальном политическом поле Украины. Только поэтому ему и разрешили победить.

Но Янукович не будет раскалывать единую нашу церковь. Янукович не будет намеренно вытравливать русский язык. Янукович не будет канонизировать нацистских мерзавцев. Янукович не будет насильно загонять Украину в НАТО и травить наш флот в Севастополе. Янукович, конечно, будет способствовать восстановлению совместных промышленных проектов, в том числе и военно-технических. Таких, как новый транспортник ­АН-70, региональный самолет АН-148, судостроение в Николаеве, в единственном месте, где на постсоветском пространстве могут строить крупнотоннажные суда. И, наконец, Янукович назначил премьером Николая Азарова, лучшего из возможных претендентов на этот пост. Что само по себе, вероятно, и не так хорошо. Поскольку именно Азарову придется отвечать за объективно катастрофические проблемы украинской экономики.

Так что при Януковиче процесс окончательного решения российско-украинского вопроса, запущенный оранжевой революцией, можно считать примороженным. У нас есть передышка. А решать этот вопрос вопреки последовательной воле организаторов процесса, как справедливо заметил глава партии «Родина» Игорь Марков, придётся следующему поколению политиков.