Инвесторы охотятся на московского школьника, создавшего ChatRoulette.com, или «новый YouTube». Forbes взял у него интервью.

Три окна и две кнопки New Game и Next — вот и весь интерфейс сайта ChatRoulette.com. В двух окнах пользователь, как в Skype, видит себя и собеседника, третье — для переписки. Проще некуда, но мир интернета сходит с ума. Сайт, запущенный в ноябре московским 11-классником Андреем Терновским, собирал одновременно по 300 пользователей в первый месяц. В начале марта — 20 000. Заходят, чтобы встретить анонимных незнакомцев, взглянуть и, обычно, тут же кликнуть Next, приглашая следующего. Контакт длится в среднем 3 секунды, но за этими ощущениями охотится больше миллиона человек. Американский бизнес-ангел, первый инвестор Twitter Фред Уилсон пригласил Терновского в Нью-Йорк, а фонд eVenture — в Сан-Франциско. Корреспондент Forbes пообщался с ним по Skype.

— Вы уже обсуждали с Фредом дела?

— Пока он просто хотел познакомиться, увидеть, кто я такой и что у меня в голове. Дело в том, что я не особенно горю желанием встречаться с инвесторами. Они нужны для развития, а у меня и без них все идет хорошо. Так что я с ними спокойно и медленно общаюсь, не спешу контракты заключать. Я могу постепенно развиваться на доходы от рекламы и полностью сохранить проект для себя. Люди здесь, на Западе, понимают, что на проекте можно зарабатывать гораздо больше, чем сейчас, и у них текут слюнки. А у меня — нет.

— Какое впечатление произвел на вас Фред?

— Он очень осторожный. Чем и нравится мне. Другие инвесторы более стремительные.

— А что значит «осторожный»?

— Каверзные вопросы задает.

— Вы обсуждали ваш бизнес-план? Или у вас его нет?

— Плана нет, зато полно идей по развитию сервиса. Может быть, даже полная смена концепта.

— А конкретные предложения были от инвесторов?

— Предложения были пока только от [московской] Digital Sky Technologies (доли в Facebook, игровой сети Zynga, Mail.ru — Forbes). [Ее совладелец] Юрий Мильнер предлагал конкретные деньги за конкретную долю.

— Во сколько вы оцениваете ваш проект?

Это был просто эксперимент, и идеи, связанные с монетизацией, появляются только сейчас. Я сам не могу пока дать оценку, но мои знакомые оценивают проект в $50 млн.

— Кто такие эти «знакомые»?

— Владельцы стартапов в Кремниевой долине, с которыми я познакомился по переписке. У них нет интереса меня покупать, поэтому я могу доверять их оценке.

— А как вам пришла идея именно такого проекта?

— Меня всегда завлекал видеочат в Skype, и я подумал, что неплохо связать случайность [выбора собеседника], видео и многое другое.

— «Другое» — это что?

— «Другое» — это все, что люди находят в моем сервисе. Кто-то — знакомства, кто-то хочет подурачиться, а многие находят совершенно оригинальные способы использования.

— Вы так и задумывали, что пользователи вашей «рулетки» анонимны?

— На слишком многих сайтах требуется регистрация, заполнение кучи форм, и это отпугивает. Я решил никого не заставлять, и это было целью проекта.

— До вас интернет двигался в направлении социальных сетей, а вы сделали «асоциальную». Многие ее пользователи либо эксгибиционисты, либо вуайеристы? Вы этого хотели?

— Сам я никогда не был фанатом социальных сетей и любил проявления индивидуальности. Неудивительно, что захотелось сделать довольно свободный, немодерируемый ресурс. Некоторые этим пользуются и приходят на сайт с отвратительными намерениями. А эксгибиционизм и вуайеризм я запретил в правилах. Система сама блокирует нарушителей, подсчитывая число нажатий кнопки Report теми, кому это не нравится.

— Когда заходит речь об анонимности сайта, вам пеняют на то, что вы «вернули интернет в прошлое» — в то время, когда на AOL появились первые чаты.

— Все новое — хорошо забытое старое (смеется). Люди хотят старых ощущений. В отзывах я читал, что у людей возникает ощущение, как будто первый раз пользуются интернетом.

— Что вы почувствовали, когда о вас написала в феврале New York Times, потом сделали программу на ABC?

— Проснулся знаменитым, но быстро привык. Просто продолжил работать над сайтом.

— А в вашей гимназии считают, что вы уже заболели звездной болезнью.

— Наверное, они так решили, потому что я там давно не был.

— У вас на странице facebook есть ссылка на гарвардский университет. Вы хотите продолжать обучение именно там?

— А это не моя страница.

— Как это?

— Кто-то сделал ее под моим именем.

— И все же: где вы будете и будете ли вообще продолжать обучение после школы?

— Уф-ф! У меня каникулы и правда затянулись. Конечно, жизнь, как мечта любого тинейджера: в школу не хожу, путешествую куда хочу, есть свой доход… Хорошо б так было всегда (смеется)! Хотя надо думать, что делать дальше. Пока я не думал. Наверное, учиться если и буду, то в Штатах.

— Можете подсчитать, во что обошлось создание сайта до появления первых рекламных доходов?

— Где-то в $3000.

— Вашими «бизнес-ангелами» были родители?

— Угу.

— А как вы нашли первых рекламодателей?

— Это они меня нашли. Многие понимают, что при миллионе посетителей сайта есть много способов заработать. Сначала я использовал AdSense (разработанный Google сервис контекстной рекламы). Потом пару недель работал с [сайтом знакомств] Mamba. Здесь, в Америке, надо решить, с кем дальше работать. Есть уже много предложений.

— Можете сказать, сколько зарабатываете на рекламе и хватает ли этого на покрытие расходов?

— Как тинейджеру того, что остается, мне хватает с головой. Но я почти весь заработок реинвестирую.

— И каков порядок цифр?

— По $1500 в день было. Это для бизнеса, конечно, мало, но мне хватает.

— В свое время российская компания вывела на американский рынок гаджет, позволявший «опознавать» на небольшом расстоянии людей, имеющих такие же устройства, и знакомиться с ними. Монетизировать эту идею не удалось. Как долго, на ваш взгляд, продержится мода на ChatRoulette?

— Ничто не вечно, и я понимаю, что люди от нее устанут. Когда почувствую спад, буду менять и улучшать концепт, чтобы поддержать моду.