Недавние парламентские выборы вряд ли нормализуют обстановку в стране

В начале марта в Ираке во второй раз после свержения режима Саддама Хусейна прошли всеобщие выборы в парламент. Реакция международной общественности, западной прессы и американских официальных представителей благостна и в целом приподнята. Выборы, по их оценкам, прошли на высоком организационном и политическом уровне и достойны называться демократическими.Но так ли это на самом деле? И вообще, действительно ли экспорт западной демократии способен восстановить и успокоить разобщенную и разоренную страну?

Понять высокую оценку, данную выборам в Ираке американским президентом, можно.

В США иракская авантюра не поддерживается общественным мнением, да и сам Барак Обама в предвыборном угаре обещал вывести войска из страны. Поэтому каждое политическое действие, укладывающееся в сознании среднего американца как нормализация обстановки в Ираке, должно в мире пропагандироваться и всячески приподниматься.

Тем более когда это касается высшего проявления западной демократии – всеобщих выборов, к тому же прошедших в недавно еще глубоко тоталитарном и религиозном обществе.

Действительно, если сравнивать парламентские выборы в Ираке с недавними президентскими выборами в еще одной благодаря американскому «влиянию» горячей точке планеты – Афганистане, то западной коалиции есть чем гордиться.

Во-первых, организованы были выборы на качественно новом уровне. Китай поставил свыше 100 тысяч урн для голосования и специальные фиолетовые чернила, которыми помечали указательные пальцы у электората во избежание повторного участия в выборах. Арабские Эмираты напечатали более 26 миллионов избирательных бюллетеней, а Ливан изготовил списки избирателей.

Во-вторых, политическая активность населения вполне соответствовала западным стандартам. На 325 мест в парламенте претендовали 6200 кандидатов, представлявшие без малого три сотни местных партий и движений.

Четверть кандидатов – это женщины, причем четверть мест в парламенте законодательно тоже зарезервировано для них.

Очень важно, что в выборах приняли участие представители суннитской общины, представляющей около трети населения страны и бойкотировавшей голосование четыре года назад. В конечном итоге к избирательным урнам пришли порядка 60% населения, что по всем демократическим меркам очень прилично.

Тем не менее обстановку, в которой проходило народное волеизъявление, при всем желании нельзя назвать располагающей к осознанному и продуманному выбору.

В день голосования были закрыты границы страны, не работал багдадский аэропорт, не ходил грузовой транспорт в городах. Улицы Багдада патрулировали около 200 тысяч американских военных и местных полицейских, а дополнительные КПП были размещены так, что люди не могли пройти и 50 метров, чтобы не подвергнуться обыску, причем в «целях безопасности» отнимали даже сигареты и зажигалки. После 17.00, когда закрылись избирательные участки, опять же в целях безопасности по всей стране был введен комендантский час.

Несмотря на принятые меры, только по столице боевики выпустили более 40 мин и взорвали несколько автомобилей, начиненных взрывчаткой. Всего же в день выборов в одном Багдаде погибли 38 человек и более ста получили ранения.

Тем не менее президент США Барак Обама назвал прошедшие выборы «важной вехой в демократическом развитии Ирака», а генсек ООН Пак Ги Мун отметил, что все прошло «на лучшем демократическом уровне».

Весьма характерно, что парламентские выборы в Таджикистане, которые состоялись аккурат за неделю до иракских, строгая комиссия ОБСЕ не признала соответствующими нормам демократии, хотя в Душанбе никто не стрелял, не убивал и не вводил комендантский час.

Однако нынешняя проблема Ирака состоит даже не в «чистоте» прошедших там выборов, а в том, что они привели к внутриполитической ситуации, чреватой новыми многообразными осложнениями.

Дело в том, что правящая коалиция «Государство и закон», которую возглавляет нынешний премьер-министр Нури аль-Малики, получила, по предварительным данным, примерно такое же число голосов, как и оппозиционный светский суннитско-шиитский блок «Аль-Иракия» во главе с его лидером бывшим премьером Айядом Алауи.

Получается, что стране, исторически разделенной по религиозному признаку, в которой при Саддаме Хусейне полновластно правили сунниты, а при американцах не менее полновластно рулили шииты, предстоит создать – впервые в ее истории – коалиционное правительство. Причем сделать это на фоне непрекращающихся взрывов, минометных обстрелов и уходящих через год американских войск.

Вот и выходит, что разрушить даже, казалось бы, плохой режим достаточно просто, а создать новый, да еще по красивым заграничным лекалам, не очень-то и получается.