Их осталось полторы сотни человек на всю страну (а когда-то было три с половиной тысячи): тех, кто почти семьдесят лет назад 16—17-летними мальчишками принял военную присягу, носил оружие и охранял военные объекты.

Но те, кто не воевал ни дня, не признают их, — стариков, которым пошел девятый десяток, — участниками войны.

Они награждены орденами и медалями — в том числе «За победу над Германией» и «За победу над Японией». Они — бывшие курсанты военно-морских подготовительных училищ (а ныне — адмиралы, капитаны первого и второго ранга в отставке), отдавшие службе на флоте десятки лет жизни. И, как два года назад рассказывала «Новая газета», они безуспешно добиваются статуса участников войны: Министерство обороны стоит насмерть, отказываясь признавать за ними это право. Экономит деньги: признав бывших курсантов участниками войны, придется выплачивать им ежемесячно по 500 рублей «президентской надбавки».

Подсчитаем: на всех, кто остался в живых, понадобится 75 тысяч рублей в месяц, 900 тысяч рублей в год — меньше, чем стоит автомашина, покупаемая для обслуживания правительственного чиновника средней руки. Но суды стоят насмерть.

В ноябре 2009 года «от имени оставшихся в живых» группа бывших курсантов обратилась на сайт президента, прося его в преддверии 65-летия Победы только об одном: о независимой юридической экспертизе имеющихся у них документов. Моряки сообщили, что питерский военкомат предложил им согласиться на статус «воспитанников» и войти в категорию «тружеников тыла», что дает право на 596-рублевую прибавку к пенсии (даже больше «президентской»). Но принять это предложение — значит, признать, что они не были участниками войны, на что бывшие курсанты категорически не согласны: им важны не деньги.

Ответ пришел быстро. Но вовсе не от адресата: от «консультанта департамента письменных обращений граждан» управления президента по работе с обращениями граждан С. Супонева. Чиновник сообщил: обращение направлено на рассмотрение в Министерство обороны РФ. После чего департамент социальных гарантий Минобороны прислал морякам стандартный ответ: мол, «для отнесения периодов обучения курсантов в подготовительных училищах к военной службе оснований не имеется»…

Получив такой ответ, бывшие курсанты еще раз написали президенту — на сей раз открытое письмо. Сообщили, что «рассмотрения нашего обращения по закону и справедливости от чиновников Минобороны мы особенно и не ожидали, и здесь наши ожидания, к сожалению, оправдались — та же ложь, та же фальсификация документов, та же бездоказательная база в оправдание выводов отказа». Изложили все юридические аргументы: сослались и на закон «Об обязательной военной службе» 1935 года, и на закон «О всеобщей воинской обязанности» 1939 года (по которому призывали с 17 лет, а при зачислении в училища — с 16 лет), и на постановление Совнаркома от 1944 года, и на приказы наркомата ВМФ, и на другие документы, подтверждающие законное право курсантов считаться военнослужащими. И попросили президента как еще и «гражданина страны с высшим юридическим образованием» судить о том, были ли они военнослужащими и достойны ли «высокого звания участника войны».