Скоро и властям станет ясно, что модернизации не получается. Потому что даже «технико-технологическое» обновление невозможно без политической реформы. Модернизация - ошибка властей. Не в том смысле, что ничего и не надо было делать. Конечно, нам нужна модернизация. Точнее, коренная перестройка. Но власти, провозгласив модернизацию, понимают ее, прежде всего, в технико-технологическом смысле.

Казалось, все так просто: заработают нанотехнологии, установят энергосберегающие лампочки, станем выпускать гибридные автомобили «от Михаила Прохорова», суперкомпьютер введут в строй.

Да плюс еще и специальное место для всего передового в области науки и техники выделим - российский аналог Силиконовой долины. Чтобы технологическое обновление еще более ускорилось - массу налоговых льгот в целях стимулирования инноваций введем.

Правда, встает закономерный вопрос: а что с ранее принятыми льготами, призванными стимулировать технологическое обновление производства? Почему они-то не работают? Ну да ладно, сейчас речь не об этом. Речь о том, что задуманная властями модернизация - это переход к инновационной экономике.

Не учли «пустячок». Инновационной экономики у нас нет не потому, что не хватает энергосберегающих лампочек и собственных гибридных автомобилей или какой-то там иной новой техники и технологий. Инновационная экономика отсутствует по причине того, что инновации, увы, не являются аргументом в конкурентной борьбе. Они попросту не нужны, эти инновации.

Когда экономика отличается низким уровнем конкуренции - а российская экономика именно такова - тогда инновации не востребованы. Спрос на них отсутствует. Потому что гораздо более действенными оказываются административные рычаги.

К примеру, если «вдруг» действительно появился конкурент, то с ним можно разобраться, задействовав связи с губернатором, или знакомства в налоговой инспекции, или, использовав массу других возможностей, вытекающих из хороших взаимоотношений с чиновниками. А тендер на поставку продукции для госнужд можно выиграть, обойдя всех потенциальных конкурентов, имея хорошие и «взаимовыгодные» отношения с теми же чиновниками - представителями госзаказчика.

По информации Федеральной антимонопольной службы, в России около 60% дел, возбуждаются в связи с нарушением законодательства о защите конкуренции - это дела в отношении органов власти всех уровней - от федерального до муниципального.

Получается, что первый враг конкуренции у нас в стране - это государство, это чиновники. Но тогда надо менять такое государство, нужен новый бюрократический аппарат.

Значит, требуется эффективная административная реформа. Только реформа такая нужна реальная, а не показушная образца середины 2000-х годов.

Помните эту реформу? У председателя правительства один заместитель, у министров - не более двух, а все органы федеральной исполнительной власти аккуратно разделили на министерства, агентства и службы.

Это была никакая не административная реформа, это было простое перетряхивание структуры федеральной исполнительной власти. Кстати, сегодня заместителей у министров уже не по два, а по пять-шесть, а вице-премьеров аж семь человек. Но главное - мотивация у чиновников осталась прежняя: получение административно-статусной ренты, а эффективность работы бюрократического аппарата - низкая.

Что получается? А получается, что даже для того, чтобы обеспечить «технико-технологическую» модернизацию, требуются институциональные преобразования - та же административная реформа. Теперь вопрос: возможна ли сегодня в России эффективная административная реформа без реформы политической? Причем не такой, когда чуть ли не главная новация состоит в том, чтобы нормативно определять численный состав региональных парламентов...

Вот и получается, что «технико-технологическая» модернизация невозможна сегодня в России ни без институциональных преобразований, ни без реальной политической реформы. Но понимания этого у властей, провозгласивших курс на модернизацию, не было и нет. Думаю, достаточно скоро даже властям предержащим станет ясно, что модернизации не получается. Даже, если заставят всех поменять лампы накаливания на энергосберегающие, даже если всех пересадят на гибридные авто, даже если... - все равно это будет никакая не инновационная экономика.

В общем, власти попадают в ловушку. Поэтому провозглашение модернизации - огромный просчет властей. Просчет в том смысле, что не просчитали, не додумали.

Самое интересное, что для просчета возможных последствий политики модернизации и думать-то особо не надо было. Достаточно было просто немного повспоминать. Вот, как раз в эти дни отмечается четверть века с того памятного марта 1985 года, когда было провозглашена политика перестройки.

Вспомните: Михаил Горбачев и не помышлял тогда о политических реформах. Речь шла об ускорении, о том, что социализм должен быть «с человеческим лицом», о том, что все преобразования должны проводиться «в рамках социалистического выбора». А что надо делать для ускорения? Добиться ускоренного развития машиностроения!

И что? Ничего не получалось в прежней системе координат. А ведь в то время огромный энтузиазм у людей был, чего сегодня нет и в помине. Но после кратковременного оживления экономическая ситуация продолжила стремительно ухудшаться. Михаил Горбачев, вынужден был, на самом деле, двигаться дальше, вплоть до политических преобразований. И не хотел бы, а надо.

Сегодня ситуация принципиально очень схожая. Что будет сегодня и завтра - увидим. Ясно одно, что если попытаться ограничиться «технико-технологической модернизацией», то придется признать ее безрезультатность. Значит, для властей выбор такой модернизации - ошибка. Двигаться дальше, вплоть до политических преобразований - тоже ошибка, потому что никто такое и не планировал, и не готов к этому. Отыграть все назад, мол, не получилось - тоже признание ошибки...