Помогает ли Интернет быть умным?

Александр Иличевский, писатель:

- На мой взгляд, только интернет-сообщество в нашей стране проявляет зачатки общественного сознания. В нем рождаются самые умные, честные и свободные инициативы. Мне вполне понятно, почему так происходит. Ведь общественное сознание в Интернете - это некая система формирования общественного мнения. Она по своему функционированию очень похожа на человеческий мозг. Там и там впечатления быстро переходят в реакцию. Интернет-технологии помогают формировать мгновенный отклик общества на то, что происходит за пределами глобальной Сети. И что особенно важно, здесь никаких начальников, никаких вертикальных связей - только драгоценнейшая демократическая система горизонтальных связей, когда нет давления авторитетов. Плюс стремительная система распознавания образов: негатив, предательство, замалчивание - все это невозможно... Последние события показывают, что "заткнуть рот" блогерам очень проблематично. На пике интернет-возмущения по поводу попытки спустить на тормозах расследование гибели двух врачей, чей "Ситроен" столкнулся с "Мерседесом" вице-президента "ЛУКОЙЛа", люди культуры направили главе государства открытое письмо. Письмо было вывешено в "ЖЖ" адвоката Трунова. С ним познакомились десятки тысяч человек. Президент отреагировал моментально.

В этом письме, которое стало известно широкой общественности именно через Интернет, говорится о двойных стандартах. О какой цивилизованности отношений водителей друг с другом можно говорить, если сами дороги у нас в состоянии катастрофическом. Ничего не изменилось со времен Гоголя, который писал, что в России две беды - дураки и дороги. В этом году я проехал по федеральной трассе "Каспий" и пережил четыре лобовых атаки. Люди на легковых автомобилях предпочитают делать огромный крюк через Воронеж, но по этой трассе не ехать. Но вот двойной стандарт, особенно циничный: возле крупных городов ужасная дорога превращается во вполне сносную, четырехполосную.

Я наблюдал и другую реакцию интернетчиков - естественный отклик человека помочь ближнему. Интернет-благотворительность - совершенно великолепное явление, когда буквально у вас на глазах совершенно незнакомые друг другу люди организуются, чтобы в кратчайший срок собрать деньги для больных детей. Мобильность и скорость поступка в некоторых ситуациях бывают единственно спасительными.

Но вот что интересно. Когда в Интернете стали возмущаться московскими гаишниками, которые устроили на кольцевой дороге "живой щит", был призван к ответу их главный начальник.Так вот, он признался, что узнал о случившемся вовсе не от своих подчиненных. Так и сказал: "Пришел я на работу, открыл Интернет, а он пестрит..."

Интернет - помойка? Оглупляет? Любая система имеет свои плюсы и минусы. Это неизбежно. С развитием системы минусов становится меньше, "помойка" структурируется, мусора становится меньше или, во всяком случае, он находит свое место и не болтается "под ногами" на любой интернет-странице. Интернет развивается, как человечество. Мы в российском сегменте сейчас примерно на стадии пятикантропов с каннибализмом и другими специфическими отношениями между пользователями. От "первобытных" форм интернет-сообщество движется к реальному структурированному способу общения. В западном сегменте, который обгоняет отечественный лет на десять, уже все гораздо более цивилизованно. Любая система, говорю как технарь, со временем самоорганизуется.против

Георгий Хазагеров, филолог:

- Сегодня активно обсуждается наделавшая много шума замечательная статья Ника Карра, опубликованная в The Atlantic Monthly - "Гугль нас оглупляет".

"Минусы" Интернета сегодня у всех на слуху. В первую очередь это утрата целостности. Привыкнув выхватывать информацию из разных текстов, мы не успеваем понять автора, его намерения, его направленности. В Интернете мы живем в каком-то "текстовом бульоне", движемся в разных направлениях, иногда просто забывая, что хотели, когда в него ринулись.

Читая Интернет, мы не "выслушиваем" никого до конца, не интересуемся намерениями человека, создавшего текст, не видим автора ни умственным, ни духовным, ни физическим взором. Перед нами просто плавают какие-то обрывки, и мы из них быстро шьем, что нам нужно. Это если мы целеустремленные люди, а если нет, просто тонем.

По мере того как писатель теряет свою силу над читателем, происходит деперсонализация говорящего человека. Но читателю трудно и себя персонализировать, то есть становиться личностью, не имея перед собой образцы говорящих личностей, авторитетов. Отношения "я и ты" подорваны, возникают отношения "я" и некое культурное "оно" (Интернет), в котором я купаюсь. Люди не ориентируются на людей.

Надо помнить, что вот так разрушая личность другого человека, нельзя создать свою. Однако не будем забывать и о том, что такие крупные вещи, как Интернет, не появляются ни с того ни с сего. Мы их предвосхищаем в своих желаниях. Вот об этой отрывочной культуре чтения, которую мы сегодня рассматриваем как отрицательную, ученые, мыслители, филологи говорили еще в 60-е годы, а мысль о ней вызревала даже раньше. Ролан Барт написал "Смерть автора" и "Удовольствие от текста", Лотман создал теорию семиосферы. Так что не надо думать, что Интернет как техническое изобретение - это грабли, сделанные для благого разрыхления почвы, на которые мы наступили и получили по лбу. Нет, мы с самого начала хотели и почву разрыхлить, и по лбу получить. А когда реально получили, задумались: настолько ли мы этого хотели?

Как ответ другу на вопрос "Что теряет человечество с каждым техническим изобретением?", я несколько лет назад написал статью "Лестница цивилизации", в которой пытался проанализировать, как мы двигались от "дописьменного" человека, который сидел и слушал сакральный текст сказителя и был абсолютно несвободен, до человека Интернета, получившего максимальную свободу от "сказителя".

Ну и какая этому может быть альтернатива? Отказаться от свободы? Это нереально, карикатурно и будет означать остановку собственного развития. От этого не надо отказываться, это надо обуздать. Короче говоря, мы лошадь купили, и ее надо объездить. Это обязательно с любой такой "лошадью" - будь то пишущая машинка, печатный станок или книга-кодекс, сменившая книгу-виток. Сейчас нам надо обуздать свободную стихию Интернета. В России есть одна слабинка в коммуникативном пространстве: рыхлая социальная ткань общества делает возможности Интернета высказываться одновременно публично и анонимно губительными для нашей культуры. В Интернете можно высказать мнение, спрятавшись за "ником". А поскольку мы не привыкли к диалогу, весь Рунет сегодня полон категоричными отрывочными и оценочными монологами и репликами.

В нем господствуют два вида неуважения - к собеседнику и к теме. Собеседник тебя не знает и не всегда ответит, и поэтому с ним можно говорить в развязном тоне "ну ты че, вообще, с дуба рухнул". А в любой теме все сложные вопросы моментально "закрываются" радикальным советом "ну че тут говорить, всех надо к стенке поставить и расстрелять из крупнокалиберного пулемета!"