Обращение «Путин должен уйти», собравшее в интернете немалое (по российским меркам) число голосов, тут же спровоцировало конспирологические версии по поводу того, какая закулиса его вдохновила и организовала. Но поскольку в российском политическом классе, встроенном в Систему, не может быть заказчиков акции, а Вашингтонский обком демонстративно сторонится вмешательства во внутренние дела России, можно констатировать, что это вполне естественный, с точки зрения чувств неравнодушных людей, документ в жанре «Не могу молчать».

Другое дело, что, разумеется, к голосу антипутинской общественности председатель правительства и глава государства вряд ли прислушаются. Общественность у нас большая, разная, многоголосая, – чего ее слушать? Не говоря уже о ширнармассах, которые все равно интенсивно голосуют за «Единую Россию», а свои протестные настроения конвертируют в голосование за коммунистов и требования народного управления на предприятиях. А вот вопрос по делу, точнее, даже два вопроса, такие. Не захочет ли глава кабинета сам уйти на покой по окончании срока преемника? И изменится ли что-либо в том случае, если он, выражаясь языком Ильфа и Петрова, «очистит стул»?

Разговоры о том, что Василь Василич, как называют Владимира Владимировича в высших сферах, устал и хотел бы заняться эскапизмом и чуть ли не дауншифтингом, то есть глубоко погрузиться в нормальную частную жизнь, ходили еще до окончания его второго президентского срока. Кончилось все, правда, «лужниковской» речью, когда стало понятно, что никто никуда не уходит. И это еще деликатно выражаясь. Тот энтузиазм, с которым ВВП занимается «ручным управлением», знакомит телеаудиторию со своей жизненной философией, далеко ушедшей от краткого курса макроэкономики, преподанного ему в начале нулевых Андреем Илларионовым, поощряет деятельность партии-фантома, оставаясь ее аятоллой, вовсе не указывает на то, что первый срок Дмитрия Медведева не закончится вторым изданием «лужниковской» речи Владимира Путина. О «свободе» рук президента красноречиво говорит хотя бы тот факт, что глава государства до сих пор не снял с должности Юрия Лужкова, которого он, как утверждают, сильно недолюбливает.

С другой стороны, президент тоже активен, и тоже не производит впечатления собирающегося отдавать свое кресло человека, хотя надеяться на «антилужниковскую» речь вряд ли стоит. Медведев чем-то напоминает Хуана Карлоса, который ожидал аннигиляции генерала Франко, и лишь после того, как каудильо скончался, повернул Испанию на колею нормального европеоидного развития. (В 1971 году, уже при еле живом Франко, принц посетил Вашингтон и выразился в медведевском духе: «Я считаю, что народ хочет больше свободы. Весь вопрос в том, как скоро». По возвращении Хуана Карлоса каудильо, с трудом унимая тремор в левой руке, лукаво заметил: «Кое о чем можно и нужно говорить вне Испании, и есть и такое, о чем нельзя говорить в Испании».) Но традиционная тувинская фотосессия премьера также не дает оснований предполагать, что страна будет развиваться по испанскому сценарию, и все закончится, как в мыльной опере на испанском же языке, – то есть «свадьбой», пактами Монклоа.

Наверняка два участника тандема до сих пор действительно не знают, кто из них пойдет дальше по пути суверенной демократии и технологического прогресса. И, возможно, премьер-министра и в самом деле посещают иногда сладкие грезы о побеге на свободу от исполнения государственных обязанностей. В духе чекистского мероприятия: «Операция «Витязь» – я ушел, а вы е…сь».

Но как бросить хозяйство? А корова, а молоко, как говорил кот Матроскин? Ближний круг, который осиротеет и быстро потеряет совместно нажитое имущество без поддержки шефа? Видно же, как Медведева трясет при одном только виде Сергея Чемезова… Не оставлять же парней на произвол судьбы. Да и сохранятся ли гарантии личной безопасности – хотя преемник явно не Янаев или Руцкой, чтобы так грубо попирать дуумвират и его последствия. (Хорошо бы назвать будущий документ раскаявшейся партии «Единая Россия» – «О преодолении дуумвирата и его последствий»).

Словом, сплошные гамлетовские вопросы. Точнее, проклятые русские вопросы. Среди которых и следующий: что станет делать Медведев, когда у него развяжутся руки, Путин будет 12 месяцев в году отдыхать с Берлускони, а на встречах с общественностью по правую руку от главы государства не обнаружится главы кремлевской писательской организации Натана Дубовицкого?

Не дает ответа, сказано у классика. Но хуже точно не будет.

Хотя, куда уж хуже…