У ДТП с участием авто бонзы Лукойла уже пять свидетелей

Адвокат Игорь Трунов рассказал Forbes о новых деталях расследования аварии с «мерседесом» вице-президента «Лукойла».

ДТП на Ленинском, где в столкновении служебного «мерседеса» «Лукойла» и частного «ситроена» погибли две женщины, вызвало мощный общественный резонанс. В блогосфере (1600 записей только в блогах Яндекса) возмущенно обсуждаются детали происшествия, доказывающие, что виновником был водитель вице-президента «Лукойла» Анатолия Баркова, а не «ситроен», как утверждает ГИБДД.

В интернете звучат призывы не только провести расследование, но и бойкотировать до его завершения заправки «Лукойла». Известный музыкант Иван Алексеев, выступающий под псевдонимом Noize MC, написал и опубликовал в сети клип, в котором прямо обвинил в аварии Анатолия Баркова. Клип, кстати, стал причиной конфликта музыкального критика Артемия Троицкого и радиостанции «Эхо Москвы».

Через блоги искали свидетелей, к делу подключилась Федерация автовладельцев России, которая и нашли трех очевидцев ДТП. По их словам, именно «мерседес» внезапно выехал на встречную полосу, где сразу же столкнулся с «ситроеном» (читайте подробнее про показания свидетелей). В среду, сообщил Forbes представитель пострадавших адвокат Игорь Трунов, свидетелей было уже пятеро.

В интервью Forbes Игорь Трунов рассказывает о деталях происшествия — поддельных номерах «мерседеса», странных действиях ГИБДД — и намечает план дальнейших действий.

— Как обстоят дела сейчас?

— Второго марта мы с Анастасией Александриной, сестрой погибшей Ольги Александриной, пошли к следователю Станиславу Лагойко и поставили вопрос о признании ее потерпевшей и ознакомлении с документами с места происшествия, в том числе со схемой ДТП и видеозаписью камеры уличного наблюдения. Следователь сообщил, что поскольку Ольга может быть признана виновной, Анастасия не может считаться потерпевшей. Третьего марта мы пришли к следователю с сыном Веры Сидельниковой Сергеем. Она сидела рядом с водителем и считается потерпевшей. Лагойко устроил истерику, что мы сообщили в СМИ его фамилию, потом запротоколировал и составил постановление о признании потерпевшим Сергея и отказался давать нам документы и отвечать на вопросы.

— Что вы хотели спросить у следователя Лагойко?

— Мы получили копию карточки транспортного средства, которое попало в ДТП. В аварии участвовал Mercedes с номером С398СС77, который сразу после аварии поспешно скрутили. А в документе значится номер Н126ВН97. Судя по документу, номер С398СС77 был сдан еще в 2003 году. Мы спросили, как это так? Следователь ничего внятного ответить не смог. Я так понимаю, что карточку сейчас будут переделывать и документы, скорее всего, поэтому нам не дают. Потому что если мы их сфотографируем, их уже никуда не денешь.

Кроме того, у нас есть фотография первоначальной схемы ДТП, составленной на месте аварии. Хотелось бы ее сравнить с той, которая есть у следователя.

— Как вы собираетесь дальше вести это дело?

— Мы ходатайствуем о том, чтобы делопроизводство взяло к себе Главное следственное управление Генеральной прокуратуры. У нас непроверенная информация, что один из фигурантов имеет или имел отношение к спецслужбам. А это подследственность прокурорская. Кроме того, выплывает заинтересованность милиции, если они несколько лет закрывали глаза на то, что по Москве ездит машина не с теми номерами. Кроме того, мы подадим жалобу на действия следователя Лагойко в части отказа ознакомить нас с материалами.

— Вчера вечером стало известно, что в деле появились свидетели. Как идет работа с ними?

— Есть показания, что (спустя некоторое время после аварии. — Forbes) машины уже стояли не так, как сразу после аварии. На сегодняшний день свидетелей пятеро. Часть из них идет сегодня к следователю на допрос.

— Как свидетели могут подтвердить, что они действительно это видели?

— Уголовная ответственность за дачу ложных показаний — единственное, что вынуждает свидетеля говорить правду. Еще будут экспертизы, научные изыскания. Если показания свидетелей с этими экспертизами не совпадут, то мы будем ставить вопрос о привлечении их к уголовной ответственности.

— Сколько продлится расследование?

— Своя рука владыка. Как руководство правоохранительных органов решит, так и будет. Обычно ДТП долго не расследуется. Максимум два месяца, и дело должно быть закрыто.

— Со стороны «Лукойла» были какие-то действия?

— Были звонки родственникам и знакомым погибших от представителей заинтересованного лица. Звонили с претензиями к клипу. Но это же творчество. Песне крылья не отрежешь.