Рублевских икон просто нет в природе, и нет уже очень давно. Сгорели во время пожара 1547 года.

С Никитой Касьяновичем Голейзовским беседует Гузель Агишева.

Недели через две после смерти Саввы Ямщикова я получила от него посылку: книгу Никиты Голейзовского "Дионисий и его современники". Гадала, почему он ее прислал. В этом была какая-то интрига. Никита Голейзовский - архивист и библиофил, крупнейший знаток древнерусского искусства. Он не держит нос по ветру и не пиарит своих открытий: будет надо - сами прочтут. Я прочитала и поразилась: на архивных документах автор доказывает, что рублевских икон просто нет в природе, и нет уже очень давно. Сгорели во время пожара 1547 года.

Никита Голейзовский: Савва и со мной проделал подобный трюк, когда я участвовал в последнем его фильме "Загадка Андрея Рублева". Приходят киношники: какого я мнения о фильме Тарковского "Андрей Рублев". Вы не по адресу, говорю, надо к Ямщикову, он этим занимался. Ой, вы знаете, мы ему звонили, но ему некогда... А разве, спрашиваю, не Савва Васильевич вас прислал? Нет, музей Рублева. Сказали, что у вас интересные есть замечания. А оказалось, фильм готовил Савва, я уже потом узнал с изумлением. Более того, он мне позвонил и предупредил, когда его будут показывать.

Что за замечания?

Голейзовский: Это есть в фильме, спросите лучше, чего там нет: минут 30 я им рассказывал про наследие Рублева. Интересно, что накануне мы говорили об этом с Саввой: он прочел мою книжку и со мной согласился. Но в фильме произносит только одну фразу: "Чем старше я становлюсь, тем больше у меня возникает сомнений по поводу Рублева". Суть в том, что от Рублева до нас не дошла ни одна икона, только фрески во владимирском Успенском соборе, в очень плохом состоянии, и в Успенском соборе города Звенигорода, там дела еще хуже. Их недавно раскрыл Виктор Филатов, старейший наш реставратор, но они стали вздуваться и осыпаться. А там действующая церковь, так же, как во Владимире. Где на моих глазах какая-то бабка подставила лестницу и стала протирать рублевские фрески метлой, обернутой мокрой тряпкой. Я заорал - не выдержал. На них даже дышать нельзя, не то что тряпкой протирать. Она за мной погналась с тряпкой и выгнала меня из церкви.

А как же рублевская "Святая Троица"?

Голейзовский: Если кратко, верхнюю часть образа я датирую XVI - серединой XVII века - это горы, скала и домик. Там кракелюры, трещинки, которые появляются на левкасе иконы примерно через 100 лет после ее рождения. На всем остальном изображении - где триангела , трапеза и подножие - нет ни одного кракелюра, это видно даже на обычной макросъемке. Этого не заметил ни один реставратор! Левкас у Рублева был великолепный, и кракелюрчики у него должны быть мелкие, тонкие, как у Дионисия. Раз их вообще нет, значит, и ста лет еще не прошло! А все что там - руки замечательного реставратора из Мстеры Василия Гурьянова.

Это предположение?

Голейзовский: Таковы факты. Гурьянов был членом Московского археологического общества, как и знаменитый художник Илья Остроухов, который добился у Священного Синода разрешения на реставрацию "Святой Троицы" - она была тогда под окладом и в действующем храме. Работу поручил Гурьянову. Этот Остроухов, любитель древности и коллекционер икон, славился тем, что очень любил... исправлять иконы. На одной из икон своей коллекции он велел реставраторам счистить горку, которая просто не нравилась ему... Гурьянов сделал все честно и честно описал это в своем дневнике, который хранится в архиве Третьяковской галереи: для восстановления изображения Троицы он использовал в качестве образца одну икону из собрания Третьяковки, XVI века. Сейчас бы это назвали реконструкцией. Известно, что до Гурьянова ее реставрировали несколько раз, последним был художник из Палеха - можно себе представить, что там было. Так вот, когда Гурьянов удалил палехскую живопись, выяснилось, что под ней ничего нет! И он просто написал все заново, в том ключе, как писал бы это Рублев.

А что произошло с древним изображением?

Голейзовский: Думаю, оно было удалено еще в XVI веке. Доска иконы сильно пострадала, и часть изображения была утрачена, ее просто вырезали и уже тогда заново написали. Когда? Возможно, в Москве в 1547 году, когда погибли Благовещенский иконостас, фрески и все иконы. После этого она реставрировалась при Иване Грозном - он в середине XVI века подарил ее Троицкой Лавре, затем - в середине XVII века - в самом монастыре, что подтверждается документами. Именно от этого времени сохранилась верхняя часть иконы - с древними кракелюрами. Важно, что Гурьянов не стремился ее подделать, это видно и по иконе. Если б хотел!.. В Мстере самые гениальные поддельщики были, знаменитый Григорий Чириков оттуда, который работал у Грабаря, у него в Москве был свой магазин, где продавали и подделки, и подлинные. Если бы Гурьянов захотел подделать под Рублева, он бы это сделал так, что даже при помощи микроскопа мы бы этого не увидели. Он и кракелюры бы понавел, и живопись бы больше потрепал...