В канун празднования Нового года по лунному календарю "обжитые" русскими территории превращаются в забытые богом места.

На этой неделе в Китае и других странах Восточной Азии начнется Новый год по лунному календарю. О том, что происходит в эти дни в Поднебесной специально для РИА "Ежедневные Новости Владивостока" пишет Станислав Быстрицкий, который уже несколько лет живет в КНР. Наш земляк никому не рекомендует ехать в Китай в эти безумные, безумные недели.

- Новый год поедете встречать на родину? – с таким вопросом в эти дни ко мне обращается каждый случайно встретившийся китаец. Услышав, что нет, вопрошающий делает круглые глаза и недоверчиво ухмыляется.
13 февраля – последний день Года Быка. Так сказать, сочельник. По-китайски это называется "чуси". В 2010-м он приходится на субботу. Очень удачно. По крайней мере, для тех, кто празднует.

Китайские семьи, объединяйтесь!

Забавно, что Год Тигра в этот раз наступит одновременно с праздником св. Валентина. Последний китайцы тоже включили в современный календарь. Только, разумеется, никаких чужеземных имен здесь не знают и знать не хотят. 14 февраля – просто "день влюбленных". Иными словами, Тигр нынче появится, притворившись ласковым сводником.

В магазинах накануне этой двусмысленной даты – очереди за продуктами, выпивкой и подарками. Торговля давно уже приспособила любое мало-мальски значимое событие к своим возвышенным нуждам. Китайцы обязательно покупают еще и специальные наклейки, которые украсят двери каждой квартиры и каждого офиса за пару дней до Нового года.

В современной КНР этот день официально именуют "чуньцзе", то есть "праздник весны". Сейчас за пределами Китая уже сравнительно хорошо знают и про двенадцать символических животных, которые образуют многоцветный 60-летний цикл, и про здешние привычки или суеверия. Рискуя уподобиться знатокам азиатского фольклора из "Золотого теленка", напомню всё же одну китайскую легенду.

"Год" раньше был страшным чудищем, которое в конце 12-го месяца выходило из пещеры и пожирало людей. Так было с незапамятных времен. Но однажды этот монстр пошел за добычей и наткнулся на детей, которые забавлялись хлопушками. Зверь испугался громких звуков и убежал. В соседней деревне "год" увидел красное платье , которое вывесили сушить перед домом. Бедняга в страхе снова удрал. В третьем селе он бежал уже от огня... Следующие двенадцать месяцев "год" трясся от страха, но потом снова вышел на промысел. Однако хитрые китайские крестьяне уже знали, чего он боится: шума, красного цвета и огня.

С тех пор каждый раз в это время народная традиция предписывает "провожать год" петардами, красными картинками на дверях и фейерверками. И, поскольку китайская культура неотделима от иероглифических знаков, столетие за столетием с их помощью создавались застольные ритуалы. Так, на Севере едят в новогоднюю ночь пельмени. Это слово содержит символ "единство". Имеется в виду единение членов семьи. На юге Китая традиционное кушанье в эту ночь – пончик из клейкого риса. Сходным образом читается сочетание слов "год от года всё благополучнее".

Есть еще один незыблемый принцип: члены семьи для встречи Нового года должны собраться вместе, откуда бы для этого ни пришлось ехать – из соседней деревни или, скажем, из Уругвая. Так что иностранцы, желающие в эти две-три недели на свой страх и риск попутешествовать по Китаю, рискуют провести несколько ночей на вокзале. И не просто на вокзале, а на его каменных ступеньках, ибо сидячих мест внутри здания не будет.

Пару лет назад произошла леденящая душу история: несколько миллионов китайцев из-за непогоды и транспортного коллапса не смогли попасть домой к празднику. Положенная всему народу неделя отдыха истекла, и правительство приняло беспрецедентное решение: продлить каникулы еще на несколько дней для тех, кто их так и не смог провести по-человечески. Добрые китайские власти прекрасно знают: традиции народ ставит выше производственного плана.

Где был базар, теперь пустырь?

Иностранец, который в эти дни окажется в приграничном Суйфэньхэ, будет потрясен. И потом целую неделю ему придется уныло бродить по городу-призраку в надежде хотя бы где-то перекусить. Здесь закрываются 99 процентов всех торговых точек, все рестораны и гостиницы.

Впрочем, такая экстремальная ситуация – просто фирменный стиль Суньки. Город разбух очень быстро, коренное население составляет только одну десятую от общего числа жителей. Так что накануне "чуньцзе" мигранты устремляются восвояси.

У меня был случай, когда я решил под праздник тоже уехать в другие места. Железнодорожный билет до Харбина достал по знакомству.Приехал туда утром. Это был сочельник-"чуси". На вокзальном табло сообщалось о наличии свободных мест в поездах дальнего следования. Почти в каждой графе стояло "есть".

В новогоднюю ночь только невежа-иностранец может осмелиться выпасть из традиционной системы,- подумал я. Но в плацкартном вагоне поезда Харбин-Гуанчжоу обнаружил еще человек десять. В том числе одну семью.

Слава богу, в полночь проводникам не пришло в голову поджигать огненные палки с порохом, никто не произносил и зажигательных речей. Пассажиры чинно поужинали пельменями из вагона-ресторана, выцедили по стакану пива (даже не вина!) и улеглись спать задолго до наступления условного часа. Через тридцать часов, в конечной точке путешествия я почувствовал разницу.

В Гуанчжоу признаки Нового года выглядели не в пример слабее. Уже на третий день открылись почти все рестораны. А гостиницы даже и не прекращали работать. .