К началу февраля 55 стран мира определились с добровольными обязательствами по снижению выбросов парниковых газов в атмосферу к 2020 году. Тем самым они выполнили обязательства, принятые на себя на декабрьской конференции в Копенгагене, посвященной проблемам глобального потепления. Между тем есть немало людей, полагающих, что глобальное потепление — это миф, придуманный заинтересованными организациями для того, чтобы выбивать у правительств все новые миллиарды. The New Times обратился за комментарием к нобелевскому лауреату по экономике, члену Межправительственной группы экспертов по изменению климата (IPCC), почетному профессору Стэнфордского университета Кеннету Эрроу.

Глобальное потепление — это выдумка ученых-климатологов, ведущих борьбу за гранты? Нет, не выдумка. И вопрос, который на самом деле волнует ученых сегодня, заключается не в том, есть ли потепление или его нет — потому что он уже решен, оно есть, а в том, на сколько градусов повышается температура на планете и какова скорость изменений.

Виновато человечество

Отчего случилась эта напасть?

Источник всей энергии на Земле — Солнце, которое нагревает поверхность нашей планеты. Земля «висит» в космосе, температура которого близка к абсолютному нулю. Почему энергия задерживается на Земле, а не уходит обратно в космос, как это происходит на Луне? Потому что у нас есть атмосфера, состоящая из смеси газов, которые задерживают энергию. Основной объем газов в атмосфере занимают азот (79%) и кислород (20%). Они важны для жизнедеятельности человека, но они пропускают лучи Солнца и не задерживают инфракрасное излучение, исходящее от поверхности Земли. А вот смесь из двадцати газов, объем в атмосфере Земли которых не превышает 1%, пропускает солнечное излучение, но препятствует обратному излучению в космос. Так и возникает известный всем «парниковый эффект». Основной объем этих газов составляют водяной пар, углекислый газ (СО2) и метан. И поскольку человечество стало сжигать гораздо больше топлива, чем делало это до промышленной революции XVIII века, СО2 стал накапливаться в атмосфере. Соответственно, температура Земли стала постепенно повышаться. Об этой причинно-следственной связи писал еще великий шведский химик Сванте Аррениус в начале XX века (Лауреат Нобелевской премии по химии 1903 года, который первым рассчитал влияние индустриализации на изменение климата).

Существуют теории, согласно которым изменение климата — циклический процесс и влияние человека на него минимально.

Действительно, климат менялся всегда: были периоды теплых и холодных столетий. И хотя термометр был изобретен только в XVI–XVII веках, до этого монахи Западной Европы записывали в книгах сведения об изменениях климата, потому что выращивали виноград для виноделия. Благодаря этому мы имеем информацию 1000-летней давности.

Между 1400 и 1800 годами, если посмотреть на картины голландских художников, вы увидите, что жители Нидерландов катались на коньках по каналам. Сегодня каналы замерзают раз в 5–7 лет. Так что колебания действительно были. Но мы достоверно не знаем, носили ли эти изменения глобальный характер или они были вызваны тем, что течение Гольфстрим меняло свое направление или менялся наклон оси Земли. На Сахару, к примеру, в V веке до нашей эры выпадало очень много дождей и там росли леса.

Все эти изменения явно не были вызваны действиями человека, который мог тогда разве что костры жечь. Однако это ничего не меняет: мы точно знаем, что сейчас стало теплее из-за выбросов СО2 в атмосферу, связанных с деятельностью человека.

Цена градуса

Зачем тратить миллиарды долларов на борьбу с глобальным потеплением без всяких гарантий достижения результата?

Уровень СО2 в атмосфере планеты сегодня, согласно расчетам сэра Николаса Стерна, которым я доверяю (Лауреат Нобелевской премии по химии 1903 года, который первым рассчитал влияние индустриализации на изменение климата. составляет 430 частиц на миллион (принятая мера измерения CO2 в атмосфере. — The New Times)). До промышленной революции XVIII века этот показатель составлял 280, а к 2035 году, если все пойдет без изменений, будет 550. Это приведет к тому, что температура Земли в среднем повысится на 2°С, а к концу XXI века, с вероятностью 50% — на 5°С. И эти изменения имеют вполне конкретные отрицательные экономические последствия. В докладе Стерна говорится, что к 2200 году климатический фактор может сократить мировой ВВП на 20%. Я уже не говорю о социальных последствиях, связанных с возможным затоплением, например, Мальдивских островов, Бангладеш или Манхэттена из-за повышения уровня Мирового океана, вызванного таянием ледников.

А если говорить не о далеком будущем, а о дне сегодняшнем?
Ученые из Массачусетского технологического института доказали, что из-за потепления изменяется температура Мирового океана, и из-за этого растет число штормов и увеличивается их сила. Для многих стран, включая США, это очень серьезная проблема. Вспомните ураган «Катрина» в 2005 году: только американские страховые компании выплатили $50 млрд своим пострадавшим клиентам.

Принципиальным моментом остается то, что мы можем бороться с выбросами углекислого газа в атмосферу. Если мировое сообщество возьмется всерьез за эту ­проблему, то нам удастся как минимум сбить скорость потепления.

И когда это может произойти?
Если будут реализованы меры по борьбе с выбросами к 2020 году, о которых 55 стран мира заявили совсем недавно, то за полвека или век. Потому что ученые расходятся в оценке того, насколько удастся понизить температуру, снизив выбросы СО2 в атмосферу. Одни исследователи говорят о десятой доле градуса Цельсия, другие — о нескольких градусах. Но даже самые пессимистичные прогнозы развития событий могут оказаться лучше той реальности, с которой столкнутся следующие поколения, не предприми мы никаких действий. И риски окажутся еще выше!

А что изменится, если человечество не будет тратиться на борьбу с потепле­нием?
Разберем два варианта. В первом — мировое сообщество тратит деньги на борьбу с потеплением, несет издержки, но через полвека приходит к выводам, что это не оказывает никакого влияния на глобальное изменение климата. Что мы имеем в результате? Новые технологии и более экологичное производство. Во втором случае мы ничего не предпринимаем. И что мы имеем через те же 50 лет? Технологий нет, загрязнение как минимум на том же уровне, и риски, что все окажется еще хуже, выше. Какой вариант предпочтительнее? Конечно, если людям нет дела до своих внуков и правнуков, ничего предпринимать не нужно…

Дорогая альтернатива

Какие экономические инструменты для борьбы с изменением климата вы считаете наиболее действенными?
У экономистов есть универсальный рецепт: «Если вам что-то не нравится, облагайте это налогом». Поэтому правительства многих стран, например, США и Франции, планируют ввести налог на топливо.

Другой способ — регулирование и лицензирование. Мировое сообщество договаривается о том, что оно фиксирует свои выбросы и стремится их уменьшить на определенную величину, а тот, кто не справляется, покупает квоты у тех, кто делает это наилучшим образом. Так могут действовать не только целые страны, но и компании внутри государств.

Третий вариант — субсидирование производства и внедрения новых технологий, которые будут производить тот же объем энергии, но с минимальным выбросом углекислого газа в атмосферу.

Например, при сжигании природного газа выделяется меньше СО2, чем при сжигании нефти. Производство атомной энергии вообще не связано с выбросами углекислого газа в атмосферу, но появляются другие источники загрязнения природы и, соответственно, проблемы утилизации отходов и распространения оружия массового поражения.

Значит, солнечные батареи, энергия ветряков и электромобили — наше будущее?

Альтернативные источники энергии дают только 6% от текущих потребностей. При этом любое преобразование энергии требует экономических затрат.

Электромобиль работает от электричества, которое тоже нужно каким-то образом производить. Последние расчеты, которые я видел, показывают, что мы не выигрываем от того, что машины станут ездить на электричестве: нужно будет сжигать столько же газа или нефти для производства энергии. Солнечные батареи — отличная идея, но из-за того, что производство составных частей батарей (фотоэлектрических преобразователей) очень дорого, в 5 раз дешевле использовать традиционные источники энергии (газ или нефть). Более того, очень дорого хранить солнечную энергию: ведь ночью и в пасмурную погоду нам тоже нужно электричество. Геотермальные источники, как и ветряки, в силу географических причин имеют ограниченное применение.

На атомных станциях уже вырабатывается около 20% энергии, и мир будет постепенно переходить на этот вид энергопроизводства. Но что делать с отходами — нам еще предстоит придумать.

Кеннету Эрроу — 88 лет. Он автор «теоремы Эрроу», ставшей одной из немногих аксиом политической науки. Им была доказана теорема о существовании конкурентного равновесия на рынке (совместно с Жераром Дебре) и введено в экономическую теорию понятие не­определенности. В 1972 году совместно с Джоном Хиксом получил Нобелевскую премию по экономике за разработку теории экономического равновесия и благосостояния. Награжден медалью Кларка (1957) и Национальной медалью науки США (2004). Соредактор журнала Annual Review of Economics. На русский язык переведена фундаментальная книга Эрроу «Коллективный выбор и индивидуальные ценности» (2004).