Действующий глава государства Виктор Ющенко накануне провел последний рабочий день. За последнюю неделю он успел подписать несколько спорных законов, за которые придется отвечать новому президенту. Например, о присвоении звания героя Степану Бандере.

Ну, а в Новоазовске идет судебный процесс, связанный с документом, подписанным Ющенко еще в 2006-м. Законом о признании голодомора геноцидом украинского народа.

Желающих поддержать ответчика больше, чем может вместить зал суда. Статью журналиста Сергея Шведко "Голодомор шагает по стране?" - старики цитируют без очков, наизусть знают. Автор усомнился в том, что массовый голод 30-х годов был геноцидом украинского народа. Местный предприниматель Василий Коваленко подал на него в суд, потребовав признать публикацию противоправным действием, украинский народ унижающим.

В 2006 году Верховная Рада приняла закон, в первой же статье которого записано: "голодомор есть геноцид украинского народа". Нарушение закона не предусматривает уголовной ответственности, и с этой точки зрения ставки сторона в данном процессе невелики. Максимум, что грозит проигравшей стороне - принести свои извинения. Но, судя по накалу страстей и продолжительности судебных заседаний, победить здесь дело принципа.

Подобное разбирательство первое в истории современной Украины. Закон о голодоморе, считавшийся декларативным, пытается войти в практику. Не без труда, судье приходится напоминать: здесь место отправления правосудия, а не исторических споров.

"Я действительно считаю, что голодомор был, но это общая беда Советского народа, в первую очередь селян, связанная естественно, да, с преступными действиями власти, но от него пострадали значительные территории и за пределами Украины", - говорит Сергей Шведко, журналист, ответчик.

"Он говорит, что "создатели концепции голодомора как геноцида, направленного исключительно против украинцев, стараются оторвать пуповину братства, связывающую украинский и русский народы. Дешевая спекуляция!", - возмущен Василий Коваленко, истец.

Василий Коваленко вырос в семье, пострадавшей от голода, но уверяет: ни он, ни украинские власти не имеют претензий к России. И тут же противоречит себе, цитируя учебник истории, разъясняющий детям: мол, кто устроил голодомор, чтобы вытеснить их предков. "Еще не развеялся трупный смрад в опустевших украинских хатах, а из других республик СССР, в особенности из России, уже направлялись эшелоны с переселенцами".

"С республик бывшего Советского Союза, в большей части из Российской федерации", - добавляет Василий Коваленко, истец.

- Что дети думают в этот момент?

- Так вот не знаю, что дети думают.

В те же 30-е годы в ста километрах от Новоазовска - это через море напротив, уже в Азовском районе Ростовской области пухли и умирали от голода люди. Шли жесточайшие репрессии против "чернодосочных станиц". Тех, что попали на "черные доски" позора за невыполнение плана хлебозаготовок.

"Взрослое население выселялось на Север, дети, которые оставались, их распределяли по детским домам, по детским приемникам. И вот, а станицы потом эти уже заселялись, вплоть до того, что даже перепахивали земли этих "чернодосочных станиц", меняли названия этих станиц, и заселялись уже таким каким-то. Другими людьми", - рассказывает Людмила Левендроская, заместитель директора Центра документации новейшей истории Ростовской области.

Но украинским школьникам об этом не рассказывают. "Голодомор шагает по стране".

На оскандалившихся выставках в роли доказательств фотографии из Поволжья, и даже Америки времен Великой депрессии. Списки жертв трагедии вдвое выросли. Украина то, как в Донецкой книге памяти, всех, кто умер в те годы, попал под поезд, угорел от газа, скончался от старости.

"Ну, для чего нагоняется такое количество? Дело в том, что существует, насколько я понимаю, задача - по жертвам перевесить потери украинского народа в Великую Отечественную войну, то есть показать, что центром истории 20 века является не наша совместная победа над нацизмом, а голодомор", - говорит Сергей Шведко, журналист, ответчик.

Пока районный суд Новоазовска, вслед за ООН и судом Европейским разбирается в проблемах толкования голодомора, Сергей Шведко продолжает цикл исторических публикаций. В статье "Бандера замедленного действия" - ответ на недавнее решение украинского президента.