Весенняя сессия Госдумы РФ 13 января 2010 года открылась с выступления депутата фракции КПРФ Владислава Юрчика, который призвал коллег вызвать в парламент руководство Первого канала. Поводом для возмущения депутата стали вовсе не обвинения канала в политической цензуре или неодобрительных отзывах о советском прошлом. Депутата возмутила совсем другая часть телевизионной программы: «На Первом канале начали показывать многосерийный фильм “Школа”». Я посмотрел первые серии и убедился, что это спланированная диверсия против наших детей и молодежи».

Вскоре с Юрчиком солидаризовался его коллега из «Единой России», глава комитета Госдумы РФ по образованию Григорий Балыхин: «Я возмущен тем, что такой сериал идет по федеральному каналу. Телевидение тоже воспитывает, дети верят тому, что видят». С осуждением содержания фильма выступили руководители Департамента образования города Москвы и некоторые представители педагогического сообщества. «Когда я посмотрел этот сериал вчера, мне так не захотелось быть учителем, быть директором школы, мне так совестно стало, что у меня звания Народный учитель РФ, потому что это – чернуха абсолютная, чернуха про учителей», – заявил РИА «Новости» Ефим Рачевский, директор Центра образования № 548. Что же вызвало такую бурю эмоций у чиновников и педагогов?

Действие сериала происходит в 9-м классе одной из средних московских школ, ученики которой возвращаются к занятиям после каникул. 25-летний режиссер Валерия Гай-Германика, уже получившая известность благодаря другим фильмам о подростках, вызвавшим столь же неоднозначную реакцию, (таким как «Девочки», «Мальчики», «Все умрут, а я останусь») использовала приемы, позволяющие придать фильму видимость документальности.

Ничего экстраординарного, свидетелями чего не были учителя и ученики многих обычных российских школ, в первых трех сериях фильма (на момент написания статьи представленных телезрителям) вроде бы не происходит. 14-летние ученики не особо уважают старших (включая учителей), легко относятся к смерти (особенно к чужой), сексуально озабочены (правда, в основном на словах) и предпочитают выяснять отношения при помощи драки (причем не только с ровесниками). Родители готовы добиваться хороших аттестатов для чад путем косвенного (репетиторства с условием получения лучшей оценки) или даже прямого подкупа учителей (взяток в конвертах). Кстати, на фоне остальных персонажей фильма учителя смотрятся как раз наиболее выигрышно: взяток сами не вымогают, с учениками (в целом) общаются вполне уважительно. Другое дело, что в глазах учеников они авторитетом не пользуются. Как заявляет директор школы в одном из эпизодов фильма, если идти на поводу у подростков, скоро вокруг будут «пампасы и обезьяны». Тем не менее, слова словами, а вокруг педагогов из сериала и так царит если не полная анархия, то точно разброд и шатание, так что к учителям проникаешься сочувствием – как в этих «пампасах» они еще умудряются что-то преподавать.

При этом создатели фильма сосредоточились только на некоторых аспектах школьной жизни и психологии подростков – скорее всего, именно тех, что должны вызвать заметный шок у представителей старших поколений, но при этом остаться далекими даже от околополитических вопросов (возможно, именно поэтому фильм и был принят к показу Первым каналом). Целый ряд проблем современной школы и ее коллектива (по крайней мере, в первых трех сериях) намечен лишь контурно (например, социальное положение учителей) либо не обозначен вовсе (межнациональные конфликты в школах крупных городов).

Вполне возможно, что существуют школы (может, даже немало), где ситуация отличается в лучшую сторону от картины, изображенной в фильме. Однако вряд ли кто-то будет отрицать, что в очень значительной части школ давно выросли такие же «пампасы». Ну а с тем, что очень многие среднестатистических подростков исповедуют взгляды на жизнь, схожие с теми, что их сверстники из сериала, вряд ли кто-то будет спорить. Так почему же этот фильм вызвал такой всплеск возмущения?

Стоит отметить, что в современном российском кинематографе школьная тема является, мягко говоря, не самой популярной. То есть герои фильма могут быть и школьниками, и учителями, но действие при этом будет разворачиваться вдали от школьных стен. Часто создается впечатление, что персонажи, которых сценаристы таких фильмов сделали учителями, являются таковыми только по формальному признаку – либо авторам фильма нужно было подчеркнуть их не самое лучшее материальное положение, либо просто хоть как-то обозначить их профессиональную принадлежность.

С сериалами про школу картина еще более странная. Они есть, но в отношении большинства из них создается впечатление, что создатели фильма всячески стараются перенести его действие куда-то «в другое измерение». Так, в сериале «Простые истины», снимавшемся в 1999–2003 годах, действие которого вроде бы разворачивается в обычной (а не специальной или элитной) московской школе, стоимость одежды любого из учителей эквивалентна едва ли не месячному бюджету учреждения среднего образования. В сериале «Барвиха» (как ясно из названия) герои представляют и вовсе элитную школу.

Так почему же сценаристы обычно боятся показать именно среднюю школу, как она есть, и почему появление фильмов, которые пытаются это сделать, вызывает такую острую реакцию? Конечно, здесь существует и субъективный момент. Люди, заканчивавшие советскую школу, не могут поверить в то, что может происходить в не самой благополучной современной. Может быть, имеет место и причудливое смешение современного взгляда на мир и отдельных элементов идей традиционного общества. С одной стороны, 14–16-летние подростки воспринимаются как «дети» (что для традиционного общества нехарактерно), с другой – на них переносится идеализация детей и детства, видимо, имеющая христианские истоки (можно вспомнить евангельское «будьте как дети»). Так что утверждение, что в «детских» душах царят далеко не детские страсти, тут же вызывает протест. Возможно, этим объясняется и резкая реакция на фильм со стороны депутата от КПРФ. Для многих педагогов важно иметь хотя бы идеалистическую отдушину. Пусть в реальности и авторитет учителей подорван, и государство о них вспоминает не в первую очередь, но зато хотя бы на экране есть пример того, «как оно должно быть».

Однако протест чиновников самого разного уровня показывает, что есть и другая причина. Состояние школы и молодежи – это один из главных барометров самочувствия общества и государства. Они указывают на более широкие процессы обществе – так, то же самое падение авторитета учителей имеет социальные корни (в обществе, где большое значение имеет только материальное благополучие, те, кто таким успехом похвастаться не может, вряд ли будет пользоваться особым авторитетом; можно вспомнить запись в блоге активистки одного из прокремлевских движений, которая заявила, что не могла бы воспринимать всерьез священника, не имеющего своего коттеджа и «Мерседеса», так как людям, материально неуспешным, нельзя верить в принципе). Если там царит столько проблем, значит, никакие цены на нефть положение не спасут. Тогда многим чиновникам действительно удобнее «закрыть окна, закрыть двери и думать, что мы едем», стараясь уверить всех, что проблемные «школы в пампасах» находятся где-то в параллельном мире. Впрочем, для них – действительно в параллельном. Но не для нас с вами.

Свою оценку сериалу «Школа» специально для Рабкор.ру высказал и известный эксперт в области образования, профессор, доктор педагогических наук, академик МАНПО Сергей Комков:

– Мне довелось посмотреть пару серий. По стилистике и жанру (и даже по манере съемки) этот сериал больше напоминает реалити-шоу. Так сказать, зарисовки с натуры. Причем взяты не самые темные стороны жизни сегодняшней школы. И не самые банальные истории. В натуральной жизни сегодня все бывает гораздо более пугающим. Сериал, как мне думается, знаковый. Он показывает к чему, собственно говоря, мы пришли при нынешней политике в области образования. Фактически произошел процесс смены поколений не только среди учащихся, но и среди учителей и родителей. Произошло фундаментальное изменение общественного сознания. Вот мы и получили сегодняшнюю «Школу» со всеми ее прелестями. Обижаться на авторов фильма не стоит. Они всего лишь показали, что мы на сегодня имеем в системе образования: пустоту, духовную нищету, убожество и полное педагогическое бессилие. Поэтому я за то, чтобы страна смотрела этот фильм. Может быть, хотя бы это заставит граждан обратить внимание на воспитание подрастающего поколения. К нашему большому сожалению и нашему большому несчастью, времена фильма «Доживем до понедельника» ушли безвозвратно. И дальше будет хуже, если системой образования продолжат руководить «реформаторы» во главе с господином Фурсенко.