Размер мозга Эйнштейна был меньше среднего, а кора головного мозга ученого (зона абстрактного мышления и размышлений) была тоньше по сравнению с нормой. Но, помимо сильно развитого участка мозга, ответственного за математические расчеты, совсем другой аспект поразил ученых, удостоившихся чести участвовать в аутопсии самого выдающегося ученого прошлого века, умершего в Принстоне в 1955 году. Количество желтых клеток в мозге Эйнштейна превышало средние показатели. С того времени ученые стали с большим уважением изучать то, что всегда считалось простыми перегородками, полками, на которых нейроны – пресловутая благородная часть мозга – могут удобно располагаться, чтобы подумать.

Лишенные на много лет подобающего уважения, желтые клетки станут главными героями дней Фестиваля науки в Генуе. С основным докладом 24 октября выступит американский исследователь мозга Дуглас Филдз, который руководит отделением Пластичности и развития нервной системы в National Institutes of Health, на конференции в Генуе его будет представлять главный редактор итальянского еженедельника Le Scienze Марко Каттанео. Не случайно путешествие Филдза в области тайн мозга называется "Другая часть мозга": большая часть ученых сконцентрировала свой взгляд на нейронах, но Филдз всегда пытался объяснить, что "клетки-полки" в действительности имеют свой голос и используют его для общения – как между собой, так и со своими "шефами" нейронами.

Если рассматривать желтые клетки под микроскопом, то они не сильно отличаются от нейронов, со своей звездообразной формой и отростками, простирающимися, на первый взгляд, нелогичным образом. В зависимости от расположения в мозге и основной функции, которую они призваны выполнять (не только опоры, но и чистки, и поддержания порядка в "доме"), они могут иметь более протяженную или более массивную форму.

Ученые установили, что соотношение числа этих клеток, получивших название глиальных, и нейронов составляет более 10 к одному: 500-1000 миллиардов против 30-50 миллиардов. И, возможно, основываясь на этой пропорции, распространился ложный миф о том, что мы используем возможности нашего мозга только на 10%.

Открытие достоинств глиальных клеток проходило одновременно с обоснованием интуитивных догадок о том, что мозг обладает пластичностью. Это неправда, что он расходует нейроны день за днем, неправда т то, что число клеток головного мозга неуклонно сокращается. И в тех случаях, когда деятельность мозга с возрастом нарушается, не всегда можно говорить о его атрофии. Даже в преклонном возрасте заставлять работать мыслительный орган является способом поддержания его в более или менее хорошей форме, как это происходит с мускулами. Но в случае мозга рост нейронов (по количеству и обширности связей), как кажется, напрямую зависит от увеличения числа желтых клеток.

Уже на эмбриональном уровне, как только нервная система и мозг начинают отличаться от всех остальных тканей, можно сказать, что за каждым нейроном стоит группа желтых клеток, которые указывают молодой клетке путь и своими фибрами направляют ее в предназначенное ей место, которое она будет занимать, когда вырастет, оказывая ей помощь, окутывая ее и способствуя передаче ей сигналов по электрическому пути между нейронами. Ряд открытий, сделанных начиная с 1997 года в университете Стэндфорда, доказали, что группа нейронов, выращенных в лаборатории, становится намного более активной, если в пробирку добавлялось определенное количество "хозяйственных" клеток.

Для увеличения числа нейронов, как во время роста организма, так и во взрослый период, необходимы "автострады", предоставляемые желтыми клетками, а также множество "ключей зажигания", в числе которых самым важным оказался протеин Ngf (nerve growth factor). Его открытие принесло в 1986 году Нобелевскую премию Рите Леви-Монталчини, а также серьезно пошатнуло непререкаемый авторитет короля нейрона.