Когда и почему Грузия разочаровалась в России

Вахтанг Кикабидзе спел песню "Разочаровали", посвятив ее "русской интеллигенции".

А я, если честно, никогда и не очаровывался насчет грузин.

Знакомство с нацией началось на первом курсе института, где в группе у нас было сразу аж три грузина: Вахтанг Шахматава, Нукзар Голичава и Вахтанг Кулумегашвили.

Первое же впечатление было достаточно сильным. В том, 1968-ом году, когда простая советская публика одевалась весьма и весьма скромно, если не сказать бедно, когда жалкие тряпочки польского и ГДРовского производства с восторгом почитались нашим голодным населением чуть ли аж не за писк самой высокой моды, эти три грузинских богатыря все прибыли в Ленинградский институт железнодорожного транспорта - целиком комплектно запакованные в американские джинсы и замшевые куртки (как сейчас помню, по тогдашней моде, под индейцев "апач" с бахромой по планке на спине).

Все девчонки из Киришей и Великих Лук, что тоже поступили в институт в том году - были их! И даже виртуозному исполнителю песен Высоцкого - гитаристу Борьке Малахову - у вечернего костра на традиционном для первокурсников сентябрьском выезде на "картошку" - ловить было нечего, куда пястряденным порткам тверской фабрики рабочей одежды тягаться с реальным Леви-страусс! Все лучшие девочки после костра разбирались Вахтангами и их кунаком Нукзари.

Дальше - "очарование" шло по нарастающей.

Уже на первом курсе Вахтанги быстро освоили систему эксплуатации юного русского студенчества. Обычный среднестатистический студиоз из Пскова или Архангельска - жил тогда более чем скромно, на 70 рублей - 35 стипендия + 35 от родителей почтовым переводом. На такие деньги не то чтобы погулять или приодеться, выжить нормально, обеспечивая необходимый набор калорий - было трудно. А тут Вахтанги с Нукзаром! И их "десятка" (с красным Лениным в овале) за курсовую работу по начертательной геометрии - была вожделенным (а на самом деле - оскорбительным) призом за недоспанные ночи - какому-нибудь Васе Куроедову из тридцать восьмой комнаты нашей общаги на улице Братьев Васильевых. Так и учились Вахтанги с Нукзаром до самого пятого курса, когда уже дипломы им рисовали… наши преподы из числа морально не очень устойчивых, ну… уже не за "десятку с красным Лениным", а за пару-тройку сотен, но рисовали, чертили и рассчитывали на старенькой тех времен ЭВМ - и мы - студенты - все это видели и знали.

Смешно вспоминать, но свои первые американские джинсы мой однокурсник Колька Ширский - натянул на свою задницу именно за сделанные одному из Вахтангов "лабы" по химии. Джинсы были не очень новые, но, тем не менее, Колька не побрезговал и лабораторные Шахматаве сделал. Кстати - через пару-тройку лет после окончания нашего ВУЗа Колю взяли на работу в очень секретные органы и он там дослужился до подполковника.

Стоит отметить и любовные похождения наших горных орлов из Грузии.

Девчонки, как и во все времена - любили тогда сладенькое и новые шмотки-обновки. И как тут не попользоваться сыновьям мандариновых королей - той лафой, что давала им "дельта" в разности благосостояний - нищую студентку из Киришей (красавицу-девственницу, что так ценили грузины) можно было соблазнить за… ОЧЕНЬ СМЕШНЫЕ ДЕНЬГИ. Случались курьезы, а порою и скандалы. Один из таких скандалов помнят все наши выпускники - можно проверять! Нукзар Голичава вышел как-то из своей комнаты в общаге на Братьев Васильевых - пописать в туалет на этаже… Было это часа в три или в четыре утра. Общага, как это водится, в такой поздний (или ранний) час - еще не спала. Идет Нукзар назад из туалета по длинному коридору к своей комнате и встречает двоюродного брата - Нодара Каличаву, что учился с нами на параллельном потоке. Встречает и говорит: слушай, Нодари, хочешь красивую девчонку поиметь? Нодар даже обомлел от такого глупого вопроса своего зугдидского кузена, - вах! Конечно хочу, зачем спрашиваешь! - Тогда заходи в мою комнату, только свет не зажигай и ложись сразу в мою койку, там Наташа Иванова (вах, какой дэушка!) уже лежит, я её только что имел, уже устал и больше не хочу. - А если она меня узнает? - засомневался искушенный в вопросах уголовной ответственности за изнасилование кунак. - Не узнает! - воскликнул Вазтанг, - ты небритый и я небритый, а свет не зажигай, она и не разглядит!!

Уговорил.

Двоюродный брат пошел в комнату, где лежала сонная Наташа (имя, естественно, изменено). И тут, весь этаж вдруг огласился истошным воплем: "ЭТО НЕ НУКЗАР!"

Мечушуюся по этажу голую Наташку поймали выскочившие на крик старшекурсницы и увели, укутав ее в одеяла - увели плакать и рыдать по измене подлого любовника.

Инцидент был бы исчерпан (подумаешь - ДЕЛОВ! Какую-то Наташку обидели…) но на крики тогда пришли старшие "смотрящие" по этажу - аспиранты-преподаватели, что жили здесь же в общаге. Аспиранты эти были членами ПАРТИИ и, естественно, сотрудничали с органами, как глаза и уши СТАРШЕГО БРАТА в большой студенческой общаге. Были составлены необходимые бумаги, и делу дали ход. И сидеть бы Нодару Каличаве в тюрьме за попытку изнасилования, но приехали из Зугдиди родственники с мешком мандариновых денег и все быстро уладили. Говорят, запах чачи и домашнего вина - гулял по этажам общежития две недели (надо же было и АСПИРАНТОВ-ЗАЯВИТЕЛЕЙ ублажить). Однако, Нодара из института по тихому турнули… Но, как птица Феникс (или как навозная муха, которую выгоняют в дверь, а она снова залетает в окно), он на следующий год восстановился (правда, на другом факультете).

Нукзар Голичава еще не раз "гремел" в своей славе грузинского Казановы - например в показательной истории с преподавательницей Галиной Ивановной (фамилию не стану называть, ее все наши факультетские помнят). Мимо Галины Ивановны было не пройти! Встречались еще в те времена такие красивые аспирантки-преподавательницы! Она вела у нас в группе практические занятия по одному очень сложному общетеоретическому предмету и все СТОПРОЦЕНТНО посещали ее занятия, чтобы только попялиться на высокую грудь пятого номера, сочетавшуюся с осиной талией, длинными светлыми волосами и трогательно красивыми коленками, выглядывающими из под обреза коротковатой для препода юбки.

Мы - русские ребята, не перешагивая за приличия субординации - шутили, соревнуясь в остроумии, дабы заслужить поощрительную улыбку Галины Ивановны, (и когда шутки были очень смешными, Галина Ивановна, как обычная веселая девчонка - начинала сама хихикать, нарушая правила поведения СДЕРЖАННОГО в эмоциях препода, Галина Ивановна выгоняла успешных шутников за двери - и автор этих заметок по ее предмету половину академических часов провел в коридоре) - а вот Нукзар шутит не умел (по-грузински может, и умел, но по-русски у него не очень получалось). Он просто, по наигранной со студентками схеме - предложил Галине Ивановне…. Денег. И хороший ресторан. Галина Ивановна на следующий день пошла к ректору (она оказалась не простой девчонкой) и Нукзара с треском выперли из института…. Но опять (как муха или как Феникс) - Нукзар возник в коридорах нашего вуза через два года, когда скандал начали забывать. И мы уже заканчивали пятый курс, а Нукзари со своим кузеном Нодари - еще телепались на третьем.

Вот такие у меня "очарования" грузинской интеллигенцией.

Они потом с течением жизни только углублялись.

Всюду, где в СОВЕТСКОЙ РОССИИ были деньги - на авторынке, в ресторанах, на ипподроме - всегда можно было видеть представителей этой интеллигенции - они всегда тусовались подле самых дорогих "бЭлый-бЭлый вольга" или "шестерка жигули" - и терли в своей терке свои интеллигентные базары, рассматривая РУССКИХ - как бедную нищую шваль, у которой можно задешево купить жен, невест и дочерей.

Так что теперь, когда в России у народа завелись деньги, когда средний класс россиянина сменил велосипед на "Форд Фокус", а в Грузии - наоборот дела пошли "не очень", эти интеллигенты в кепках вдруг с тоской вспомнили об ОЧАРОВАНИЯХ и с сожалением замурлыкали о РАЗОЧАРОВАНИЯХ.

А Вахтанга Кикабидзе я никогда не любил. Песенки его - это "искусство для черни". Мы с друзьями уже с семидесятых слушали Рода Стюарта и Роллинг Стоунз.